17:26 

13 часть рассказа про Пэла

Алэилер
Эпизод, дописанный пару месяцев назад. Уже вылежался, теперь можно показать.

Пэлломелан постепенно вошел во вкус наблюдать за тренировками соффитов или соффита и обычного человека. У него, правда, было не так много свободного времени, но иногда всё же удавалось увидеть завораживающий танец-бой. Несколько раз Алэилер приглашал и его подраться с ним, но это Пэлу нравилось меньше: он-то видел, что с другими соффитами его бог дерется совсем не так, как с ним или с другими андрогинами. С обычными людьми Ал почти никогда не двигался таким образом, чтобы его движения стали неразличимы глазу, он явно искусственно сдерживал себя, чтобы сделать бой равным. Поэтому больше всего Пэл любил наблюдать за тренировкой Ала и любого другого соффита.
Какого же было его удивление, когда в этот раз он увидел, что противником Прекраснейшего стал соффит Арлитэрлэийнн. Аннивэрэллу казалось, что после того недавнего эпизода, когда Арлитэрлэийнн сломал руку его божеству, они являются врагами. Но, похоже, нет: эти двое яростно сражались, однако на их лицах царили улыбки и не единожды зал оглашался смехом.
Широко открыв глаза, Пэл смотрел на их стремительный танец: такой хрупкий Алэилер уверенно отражал многочисленные яростные выпады здоровяка и смеялся. Они не обменивались оскорблениями, хотя провоцировали и подзадоривали друг друга. Соффит Арлитэрлэийнн оставался верен своему огненному темпераменту: его движения были резки, порывисты и он явно предпочитал атаку защите. Но Алэилер довольно легко держал оборону, нападая достаточно редко. Иногда, в отличие от того же Анакреонта соффит Арлитэрлэийнн использовал магию – правда, простую и незатейливую, но зато красивую. Прекраснейший совершенно свободно уворачивался и отпрыгивал от струй огня или резких порывов ветра, вызванными заклинаниями его противника. А вот тренировочный зал они порушили и опалили знатно.
«А как же их ссора? Неужели это нормально: сначала ломать руки, а потом так запросто смеяться и веселиться друг с другом?»
- Добрый день, лорд Аннивэрэлл, - поздоровался подошедший очень красивый, высокий и статный андрогин. – Я тоже очень люблю наблюдать за тренировками соффитов.
- Моё почтение, лорд АдиэльТайни, - ещё триста лет назад род АдиэльТайни был равен по знатности роду Аннивэрэллов, но ныне Пэлломелан поклонился гораздо ниже: стоявший перед ним андрогин получил золотую кровь самолично от соффита Арлитэрлэийнна пару сотен лет назад. Его история вызывала зависть у всего высшего света: всю жизнь служивший в Гвардии Арлитэрлэийнна, он пожертвовал собой, прикрывая своего повелителя и возлюбленного в сражении в каком-то далёком мире, но был им трогательно спасён. Соффит Арлитэрлэийнн вернул Эрисэлла с того света с помощью золотой крови – никакое целительство помочь ему уже не могло, но золотая кровь способна вдохнуть жизнь даже в давно остывшее тело человека Кристалла, конечно, если его душа пожелает вернуться. Пережив мутацию и став золотокровым, через какое-то время по неизвестным причинам Эрисэлл ушёл из Гвардии и занялся тем, о чём мечтал раньше: стал придворным магом виноделом. На этом поприще он ещё больше прославился, хотя такое редко бывало с представителями мирных профессий. Знаменитым дорогим вином «Кровь наглеца» аристократия была обязана именно этому человеку.
Эрисэлл часто бывал на балах, и Пэл был с ним слегка знаком. Весёлый бесцеремонный Эрисэлл до сих пор оставался фаворитом Арлитэрлэийнна, хотя о беспорядочных связях последнего был наслышан весь Дворец. Этот андрогин умел расположить к себе кого угодно, включая самих богов. Пэл, как и его друзья, давно хотел пообщаться с ним побольше, но популярный Эрисэлл проводил своё время либо на закрытых приёмах золотокровых, либо на работе, либо в обществе своего любимого, никогда не скучая в одиночестве. Навязываться Пэл не привык, поэтому оставил свои попытки свести более короткое знакомство с АдиэльТайни.
- Скорее, Вы хотите сказать, что любите наблюдать за тренировками Его Величество соффита Арлитэрлэийнна, - с Эрисэллом можно было позволить себе некоторую вольность в разговорах: обладая острым языком, он в любой момент мог поставить кого угодно на место, но делал это редко. Сдержанный с виду Эрисэлл славился холерическим темпераментом, и его врождённая наглость не раз провоцировала гнев богов. Несмотря ни на что Эрисэлл был по-прежнему жив и находился на вершине своей популярности.
- Пожалуй, именно так, - на губах аристократа зазмеилась тонкая улыбка. – Но должен признать, когда родился Ваш избранник, я едва не усомнился в своей верности из-за его божественной красоты.
- Они ссорились недавно, - осторожно коснулся волновавшей его темы Аннивэрэлл.
- О, не беспокойтесь об этом, они ссорятся постоянно. Это ровно ничего не означает. Вот представьте, если бы Вы были Кристаллом, разве Ваша правая и левая руки могли бы ненавидеть друг друга?
Пэл едва не поперхнулся воздухом. Уже одна эта фраза Эрисэлла, произнесённая буднично и привычно, несла в себе такое богохульство, за которое иной раз можно было попасть за решётку.
- Мои правая и левая руки не ломают друг другу пальцы, лорд АдиэльТайни.
Эрисэлл засмеялся.
- Для таких существ, как они, это сущие мелочи. Кстати, лорд Аннивэрэлл, насколько я помню программу обучения гвардейцев, у вас в середине следующего сезона намечается крупная командная вылазка в полигонные миры для тренировки боевых умений.
- Да, это так, - команды были уже распределены, Пэлломелана, зная его отношения с соффитом Алэилером, учителя назначили главным в его отряде в двадцать человек. Разумеется, туда входили Андор, Сэил, Онизэн и ещё шестнадцать гвардейцев, намеревающиеся в будущем выбрать службу Прекраснейшему. Сейчас активно проводились тренировки, направленные на выработку сработанности друг с другом. Пэла не пугала эта проверка, единственное, что очень мешало ему, - это тот факт, что ответственным за испытание назначили Сапфира. Лорд Раэлдэм`Нэирт регулярно придирался к Аннивэрэллу, подчёркивая даже малейшую его ошибку, которую прощал другим. Друзья объясняли это той ролью, которая в будущем предстояла Пэлу, и тщательной подготовкой к ней, сам же Аннивэрэлл полагал, что Сапфир просто ненавидит в нём соперника и пытается его унизить исключительно по этой причине. Пэл даже допускал, что на грядущем испытании Сапфир завалит его и его отряд по любой пустяковой причине. Таким образом он избавится от соперника и сам сможет стать телохранителем Алэилера. Действительно, не двоечнику же, недоучившемуся гвардейцу отдавать такую должность. Пэл даже думал попросить Алэилера назначить его отряду другого проверяющего, но пока он не торопился с этим: очень уж не хотелось лишний раз подчёркивать своё положение и вызывать кривотолки среди студентов.
- Вы знаете, у меня сохранились дружественные связи с гвардией Его Величества соффита Арлитэрлэийнна. Поэтому, если хотите, могу обеспечить Вам сдачу экзамена на настоящем гвардейском полигоне. Там, конечно, сложнее, чем во время обучения, но проверяющие сделают скидку на опыт Вашего отряда.
- Вы очень добры, - вопреки вежливым словам, взгляд Пэла выражал лишь недоверие и подозрение. С чего бы это доселе не замечавшему его любовнику Арлина предлагать ему свои услуги? Открытый бесхитростный взгляд АдиэльТайни, однако, не выражал ничего, кроме учтивости.
- Я предпочитаю дружить с любовниками других богов, - примиряюще улыбнулся Эрисэлл.
- Я не любовник Прекраснейшего! – возмущённо прошипел Пэл, но Эрисэлл, казалось, не услышал его фразы, продолжая улыбаться.
Наблюдая за сражением двух соффитов, Аннивэрэлл решил, что ни за что не воспользуется предложением винодела. Они обсуждали обучение гвардейцев, а Ал и Арлин продолжали громить зал, от которого уже мало что осталось, в безуспешной попытке ранить друг друга. Один раз Пэл и Эрисэлл едва успели увернуться от ледяного заклятия Алэилера, которое покрыло стену за ними магической заморозкой. Через несколько секунд стена с мелодичным перезвоном разлетелась на тысячи осколков, открывая проход в пустынный, по счастью, коридор.
- Эрис, а ну иди помоги мне, отвлеки его, - раздался громогласный приказ Арлина.
- Не верю, что Вы не можете справиться без меня, Ваше Величество, - проорал в ответ АдиэльТайни, и не думая двинуться с места.
- Что ты сказал, наглец?! – Пэл едва не оглох от возмущённого окрика одним прыжком оказавшегося в шаге от них соффита. Но дальнейшей расправы не последовало, так как именно в этот момент Арлина со спины настигло заклинание Алэилера. Оказавшийся в ледяном плену Арлитэрлэийнн не мог пошевелиться, лишь всё ярче разгорался Кристалл в его Короне, грозя в скором времени растопить лёд.
- Сматывайтесь, пока не поздно, - бросил им подошедший Ал. Он повернулся к Арлину и сделал неприличный жест. – Отгадайте, кого он обвинит в проигрыше, когда оттает.
Эрисэлл не стал задерживаться. Сложив руки для скорейшего завершения заклятия перемещения, он проговорил:
- Помните о моём предложении, лорд Аннивэрэлл, - и растаял в воздухе, лишь причудливо переливающиеся желтые и красные драгоценные камни ярко вспыхнули в кольце соффита Арлитэрлэийнна на исчезающей руке Эрисэлла.
Пэл едва успел отпрыгнуть от угрожающе вспыхнувшего белёсого пламени. В таком пламени, только меньшего накала, сжигали останки умерших аристократов. Когда Аннивэрэлл активировал заклинание, защищающее зрение, и вгляделся в уже опадающие языки огня, он смог разглядеть хрупкую фигурку Алэилера где-то внизу. Магическое пламя не причиняло ему никакого вреда, подобно воде стекая по его длинным волосам, будто было ненастоящим, а Прекраснейший улыбался, глядя куда-то вниз. В следующую секунду Пэл понял, что его бог неприлично сидит верхом на уже оттаявшем Арлине. Тот лежал на спине на полу – судя по всему, соффиты успели обменяться несколькими ударами после освобождения Арлитэрлэийнна из плена.
- Ты проиграл, - торжествующе проговорил Алэилер и, наклонившись, поцеловал фиолетовоглазого долгим сладким поцелуем.

За те пятнадцать дней, которые Эрисэлл отсутствовал во Дворце, опасаясь гнева своего божественного любовника, Сапфир порядком успел потрепать нервы Пэла. Всё чаще и чаще Аннивэрэлл вспоминал о предложении винодела и наконец решил, что это наилучший выход из создавшегося положения. Действительно, он не будет просить помощи соффита Алэилера, и любителям сплетен придётся признать, что Пэлломелану помогают люди другого соффита. А это уже похоже на признание заслуг и талантов молодого Аннивэрэлла, а не протекцию из личной симпатии. К тому же этим поступком он спасёт свой ни в чём неповинный отряд от провала экзамена. Почему другие должны страдать от некрасивой зависти лорда Раэлдэм`Нэирта?
Когда на одном из балов прошёл слух о возвращении лорда АдиэльТайни, а чуть позже он самолично появился в компании приятелей, Пэл решительно подошёл к нему.
- А, здравствуйте, лорд Аннивэрэлл! – тепло поприветствовал его Эрисэлл, увлекая за собой к столу. – Попробуйте моё новое изобретение, над которым я работал последние дни в своём добровольном изгнании!
И он передал Пэлу длинный узкий бокал с плещущейся в нём непрозрачной белой и чуть светящейся жидкостью. Вино было сладким на вкус и разливалось по телу приятным расслабляющим ощущением. На дне бокала обнаружился небольшой камушек такого же оттенка, как и только что выпитая Пэлом субстанция.
- Именно этот волшебный камень наделяет вино таким мягким вкусом. Я сначала думал превратить его в незаметную пыль, но потом решил, что вино с камнем в бокале может стать популярным именно благодаря своей необычности.
- Как оно называется? – спросил наслаждавшийся послевкусием Аннивэрэлл.
- «След Кристалла».
- Ого. А почему так?
- Эти волшебные камни добываются в тех местах нашего мира, где когда-то являлся Кристалл. Должно быть, их целые залежи под Дворцом, - засмеялся Эрисэлл. – Жаль, что соффиты не разрешат это узнать наверняка. Эти камни добываются в шахтах далеко на юге.
- Что-то я не уверен, что свои свойства они обрели благодаря Кристаллу, - скептически проговорил Пэл. – Но вино действительно превосходное.
- Не будьте занудой, лорд Аннивэрэлл. Какая разница, главное – красивая легенда. Оглядитесь, многие носят эти камни в качестве украшений. Это же последнее новомодное веяние. И, кстати, они действительно дорогие, а магию камней Вы ощущаете и сами. Разве Вам не хотелось бы заполучить себе браслет с ним? – Эрисэлл извлёк из пустого бокала Пэла белый камушек с гладкими краями. – Я попрошу дворцовых ювелиров сделать Вам этот маленький подарок.
- Спасибо, - камень действительно был приятным и манил всё время держать его в руках. – Соффит Арлитэрлэийнн больше не злится на Вас?
- Нет, - Эрисэлл улыбнулся. – Он очень отходчив и остывает довольно быстро. Если бы я не увлёкся созданием вина, я бы вернулся значительно раньше. Всё пытаюсь повторить вкус крови соффита. И пока ни разу не удалось.
- А на что она похожа? – тихо спросил Пэлломелан.
- Я не знаю, с чем сравнить, но этот яркий запоминающийся вкус не спутать ни с чем другим. С первых капель он опьяняет, и меняется чувство времени. Кажется, что летишь где-то высоко в небесах, широко раскинув крылья, а под тобой проплывает целый мир. Хочется пить ещё и ещё, не останавливаясь. Она обжигает и одновременно успокаивает, разжигая в жилах огонь и наполняя тело силой. Совсем не похоже по вкусу на обычную кровь. Правда, похмелье после такого «вина» ужасно настолько, что врагу не пожелаешь.
- Похмелье?
- Мутация, изменение тела, перерождение в золотокрового. Кажется, что все суставы и кости выворачивает и срывает с привычных мест. Мышцы болят так, как будто они наполнены ядом. Этот ад длится несколько дней. Кто-то переносит процесс перерождения легче, кто-то тяжелее, но всегда это похоже на тяжелую болезнь, после которой многим привычным действиям приходится учиться заново. Впоследствии золотая кровь уже не вызывает такого эффекта и пить её гораздо приятнее и легче. Ах, чего я только не пробовал! Исследовал золотую кровь, выяснил, из каких веществ она состоит, но это мне нисколько не помогло. А как у Вас дела, лорд Аннивэрэлл? Вы не надумали принять моё предложение? Поверьте, многие студенты только рады проходить испытание на настоящих гвардейских полигонах.
- Если это не будет нескромно с моей стороны, я бы хотел принять Ваше предложение, лорд АдиэльТайни, - «золотокровая везучая сволочь», добавил про себя Пэл.
- Я рад, - Эрисэлл открыто улыбнулся.

…Сначала, когда их атаковали всевозможные чудовища, диковинные агрессивные твари, Пэл был спокоен: все шло как надо. Твари, летающие, ползучие, бегающие, клыкастые, когтистые, крылатые, нападали то поодиночке, то группами. От простого к сложному: если поначалу с ними справился бы и подросток, то постепенно им попадалось все больше и больше чудовищ с неуязвимостью к той или иной магии. Приходилось уворачиваться, использовать мечи, кинжалы, боевые посохи, прикрывать товарищей, пробуя все новые и новые заклинания. Но и это было относительно просто. Мешала некоторая несработанность их группы, над слаженностью общих действий еще работать и работать, но старались все.
Между атаками попадались спокойные перерывы, во время которых студенты могли чуть передохнуть и продвинуться вперед, чуть ближе к заветной цели: порталу из этого измерения. Порталы крайне редко располагались на открытом пространстве: чаще они ютились у скал, в пещерах, в лесах. Но в таких местах было проще угодить в ловушку. Группа, возглавляемая Пэлом, направлялась к каменистым холмам, виднеющимся на горизонте. Если даже портала там не окажется, с возвышения откроется неплохой обзор.
Но по пути на них напали призраки, внушающие ужас. Никто не дернулся и не побежал: разумеется, их учили владеть эмоциями, но магия, направленная на манипуляцию чувствами и ощущениями, страшна тем, что может замедлить реакции и скорость принятия решений. Лишь опыт и автоматизм навыков можно противопоставить этой напасти, но бесплотные твари застали их врасплох.
- Ты уверен, что призраки лучше, чем лорд Раэлдэм`Нэирт? – скептически спросил Аннивэрэлла Сэилраэнт, даже в такой ситуации не утратив своей саркастичности.
- Уверен, - мрачно ответил Пэл. – С ним у нас не было никаких шансов, а с этими ребятами есть.
Едва видимые сгустки тумана, призраки быстро пикировали на них, разбивая на части дотоле сплоченную группу. Чувство ответственности помогло Пэлу полностью собраться раньше прочих. Почти неосознанно он выставил вокруг себя все известные ему защитные магические барьеры в том время, как отдавал команды: «Не разбегаться! Атакуйте их!» Его яростные крики возымели некоторый эффект: по крайней мере, ситуация перестала стремительно ухудшаться. Сбившись в нестройную тесную кучу, они вяло отбивались от похожих на гигантских призрачных птиц тварей. Стихийные заклятия совсем слабо поражали этих существ, ментальные при попадании явно причиняли им боль и заставляли на время отступить. Люди довольно слабо могли в принципе взаимодействовать с призраками. Можно было попробовать выйти в тонкий слой пространства – если это возможно в искусственном измерении, где они находились, ведь любой потенциальный выход очень часто был закрыт на гвардейских полигонах. Сначала Пэл решил попробовать классическую тактику объединения магической энергии, которая практиковалась их народом. В группе выбирался самый сильный и умелый маг, которому остальные отдавали свои силы. Получив море энергии, лидер должен был грамотно направить ее в нужное русло, не расплескав и не позволив себе «захлебнуться» этой силой.
- Сосредоточьтесь на мне! – Пэл выкрикнул слово, дословно означающее одновременно «замкните свою ауру на мне» и «отдайте мне свою энергию». Аннивэрэлл рисковал, он понимал это. Во-первых, у него мало опыта в таких манипуляциях, а во-вторых, что серьезнее, в момент концентрации и передачи сил вся остальная группа останется крайне уязвимой.
Люди послушались его. Пока они погружались в быстрый транс, Пэлломелан сам атаковал призраков: страха уже не осталось, он смог выстроить барьер против него, но очень скоро и ему тоже пришлось отвлечься. Всего пара мгновений, за которые его душу просто затопила волна энергии. Смутно, как будто издалека, он услышал пару вскриков и двое человек «выпали» из общей связки, но времени анализировать эту информацию уже не было, Пэл плел самое сильное ментальное заклятие, которое знал, щедро добавляя в него все элементы, делающие удар массовым, а потом он дал возможность этой белесой, едва удерживаемой им реке энергии хлынуть вовне по каналу, который он проложил своим заклинанием. Как вода течет по углублению, энергия проходит по следу в тонких слоях пространства, следу, проложенному мыслью и волей. Как только последняя капля этого суммарного энергетического запаса покинула его, Пэл осмотрелся. На мечущихся над головой призраков он не смотрел, и так все ясно. Конечно, он не убил их всех, но уж точно больно покусал. Онизэн, Сэил, Андорвердэн тут – Пэл мысленно выдохнул. А к горизонту мчались две фигуры: те, кого призраки атаковали и задели в момент всеобщей концентрации сил.
Аннивэрэлл разделил всех на две группы и отправил в погоню за каждым беглецом. Их настигли, но это не решило проблемы: они никого не узнавали и пытались атаковать окружающих.
- Одержимость, - печально произнес Андор, осмотрев одного из беглецов на привале. Крепко связанные видимыми и невидимыми путами, с кляпами во рту, они затрудняли и тормозили перемещение всего отряда.
- Ты можешь им помочь? – спросил Пэл. Только что трое самых выносливых, вызвавшихся произвести разведку у холмов, донесли, что там и в помине нет никаких порталов.
- Боюсь, что нет, - Андор был мрачен. – Я умею избавлять от одержимости, но эти духи слишком сильны.
- Тогда они могут вернуться.
- Могут. Не хочу, чтобы звучало как зазнайство, но такого не должно быть, командир. Они слишком сильны для этого экзамена.
Пэл недоверчиво хмыкнул. Если оправдывать любые неудачи, уповая на ошибку экзаменующих…
- Думаю, мы просто не можем сообразить, что им можно противопоставить.
Но призраки больше не приходили.
У холмов решили задержаться. Без отдыха соваться в находящуюся неподалеку рощу было неразумно. Конечно, они бы не устали, если бы не объединение сил. Лучше всех себя чувствовал Пэл: подобная фокусировка будто омыла изнутри все его энергетические каналы. Два часа он дал людям на поспешный отдых и восстановление сил. Интуиция подсказывала Аннивэрэллу, что портала нет и в роще. За камнями – голая каменистая пустыня и смутная пелена дождя под свинцовыми тучами на горизонте. Куда идти потом? Следовало бы отдохнуть подольше, но рисковать не хотелось. Да и, в конце концов, не отдыхать же они сюда пришли.
Когда лагерь окутал сон или точнее забытье, Пэл и сам прилег меж отдыхающих, доверившись часовым. Без шатров, без костров – к счастью, в целом местный климат это позволял, ну а смягчить мелкие неприятные ощущения и защитить от укусов насекомых была призвана магия. Низшая, бытовая, знакомая с малых лет каждому человеку.
Примерно через час сна Аннивэрэлл проснулся от беспокойного чувства. Всё было тихо: лишь негромкое сопение спящих людей. Пасмурно, довольно темно: то ли сумерки, то ли из-за густых туч. Того и гляди пойдет дождь.
Но что-то все же заставило его проснуться? Чувствительность Пэлломелана отмечали не только товарищи, но и преподаватели. «Надо же, почти как золотокровый!» - задумчиво частенько приговаривали они, вызывая бурю противоречивых чувств в душе юного Аннивэрэлла. Не обращать внимания на свои предчувствия Пэл не мог.
Но вокруг все было спокойно. Пэл сел, осматриваясь. Часовые на местах, несколько одиноких неподвижных фигур. Узнать, не заметили ли они чего-то?
Когда Аннивэрэлл коснулся плеча одного из часовых, тот податливо шевельнулся и уставился на него неподвижным остановившимся взглядом. Пэл потряс его – бесполезно, будто в руках безвольная кукла. Присмотревшись к часовому кристаллитом, Пэл едва сдержал порыв брезгливо отпрянуть: его светлую ауру пронизывали какие-то черные нити, вызывающие иррациональное отвращение. Оставив потерявшего себя часового, Пэл поспешно осмотрел остальных…
- Андор, проснись.
Целитель мгновенно открыл глаза.
- Нас поразила новая напасть.
«Заболевших» в лагере оказалась примерно половина. Еще девять человек в придачу к двоим одержимым. Хорошо хоть, носители непонятных длинных черных прожилок в ауре оказались на редкость спокойными. Они позволяли осматривать себя, «трогать» свою ауру, пытаться «ухватить» нити. Но ничего не помогало и они ни на что не реагировали. Словно потерявшие душу куклы.
- Они похожи на спящих. И это, кажется, не проклятие, - подытожил Андор, тщательно осмотрев всех пострадавших. – Мне не поймать и не ухватить эту дрянь, но я многое готов поставить на кон, что она живая.
- Значит, тоже одержимость?
- Скорее паразит, - скривился Андор. – И я понятия не имею, как его извлекать. Нужно время, может, решение и найдется. Но вряд ли оно у нас есть.
В его серо-голубых глазах застыл немой вопрос, который он деликатно не стал задавать их предводителю. Что делать? Большая часть группы сильно больна и нуждается в специальном уходе, причем что атаковало их в этот раз и как, никто даже не заметил, не почувствовал, их, скорее всего, будут атаковать еще, шансов отбиться, выбраться да еще вытащить заболевших всё меньше.
- Бросать их не вариант. Поведем их с собой. Андор, свяжи их в одну цепочку, нам нужны свободные руки для сражения. Если завалим экзамен, то уж все вместе.
Из остававшихся в трезвом уме людей один попытался таки возразить, но был сразу же резко осажен Пэлом, предложившим ему в таком случае отделиться и проходить испытание одному, отдельно. Решительный взгляд Аннивэрэлла, готового при необходимости утвердить силу своих приказов оружием, подавил неродившийся бунт еще в зародыше.
Андор связал подхвативших неведомого паразита веревками и, для пущей уверенности, магически – неизвестно, как будет дальше развиваться их болезнь, - и их потерявшая боевой дух команда двинулась к роще. Идя во главе отряда и внимательно осматривая глазами и кристаллитом окрестности, Пэл уповал только на одно – отнюдь не на то, чтобы они все сдали экзамен успешно. Он надеялся, что хотя бы никто не погибнет. Неужели гвардейский полигон им пока настолько не по зубам, что их просто передушат, как чужаков в темном переулке? Быть того не может. Андор – опытный и сильный целитель, но он даже не знает, как подступиться к последней заразе. Неужели улыбчивый Эрисэлл его расчетливо подставил? Но какова его выгода в том, что юный фаворит соффита Алэилера не справится и вылетит из Гвардии? Выгода очевидна лишь лорду Раэлдэм`Нэирту, но он никогда не состоял в Гвардии соффита Арлитэрлэийнна.
Лучше не думать об этом сейчас – Пэл решительно отогнал тщетные мысли о хитросплетении дворцовых интриг, ступая под резные своды рощи. Что ж, раз ставки в этой игре настолько высоки, самое время проявить жестокость.
Пэлломелан даже обрадовался, когда их атаковали очередные твари. Из плоти и крови, хвала Кристаллу. Существа были значительно меньше по размеру, чем люди, но их длинные зубы успешно заменяли кинжалы. Не обращая внимания на залитую голубой кровью руку – очередному атакующему удалось вскользь рассечь кожу кисти – Пэл, в окружении стремительно мелькающих выпадов своего меча, взгрызался все глубже в нестройные ряды их прыгучих мелких противников. Кажется, они ему впрыснули какой-то яд: но маг вовремя успел накинуть несколько заклятий на рану, «заперев» ядовитое вещество, не давая ему растечься по жилам и, фактически, заморозив отравление без вреда для подвижности руки. Неудивительно, если ядовитая у них не только слюна – иначе атака будет слишком простой. Но число разнообразных защитных заклятий на Аннивэрэлле уже давно перевалило за второй десяток, поэтому он целиком сосредоточился на атаке и своей задумке.
Оставив за спиной обороняющий заболевших отряд, он стремительным высоким прыжком перескочил скопище врагов, оказавшись за их спинами, и схватил за шкирку одну из самых жирных особей. Вожак или нет, роли не играло.
- Говори, где портал, или я сожгу тебя живьем! - гаркнул Пэл в клыкастую морду существа, стараясь то же самое как можно яснее оформить и передать мысленным посылом. Огненное заклинание готово было вот-вот вырваться, казалось, из самых недр его кристаллита. Шерсть существа тоже ожидаемо несла смерть, но ядовитые ворсинки оказались бессильны перед качественной магической защитой.
Отрывочные мыслеообразы явили совсем иную картину окружающего их мира: Пэл только подивился, какими мерзкими они видятся этим существам. Но самое главное, что в представлении ядовитого мохнатого существа за рощей находились скалы – этих скал Пэл и прочие не видели. Волна страха, исходящая от его маленького пленника, все же заставила Аннивэрэлла поверить ему. Да и какие были варианты? Именно там, высоко на этих скалах, располагался некий проход во Внешний Лес, судя по сведениям, которыми обладало существо. Неплохие шансы на то, что это портал.
«Уходите и дайте нам пройти сквозь рощу. Мы не вернемся», - постарался как можно яснее сформулировать свое предложение Пэл. «Мы уйдем во Внешний Лес. Мы просто заблудились», - существо колебалось. Если не получится его убедить – что ж, они, вроде бы, боятся огненных заклинаний? – придется сжечь их всех, будь то искусственно выведенные твари для мира-полигона или перенесенная откуда-то раса разумных существ, не подозревающих о том, что они вынуждены играть лишь роль тренажеров для Гвардейцев. Свои жестокие планы Пэл на сей раз придержал при себе. Зачем пробуждать мрачную решимость обреченности? Пару тревожных минут эти существа мысленно совещались между собой – Пэл только на краю сознания улавливал не поддающиеся расшифровке мыслеимпульсы. Аннивэрэлл разжал руку, выпуская ядовитую шерсть. Не дожидаясь окончания переговоров, он в пару прыжков вернулся к своим. Атаки тварей сделались менее напористыми, они словно для проформы лениво огрызались.
- Тише, тише, - попридержал своих жаждущих смерти врагов людей. – Не убивайте их пока, быть может, они пропустят нас. К порталу.
Почувствовав на своей правой руке тепло рук оказавшегося рядом целителя, Пэл взял меч левой рукой. Яд исчезал, уступая заклинаниям Андорвердэна. «Проходите быстро», - одновременно грянул на удивление стройный мыслехор мохнато-ядовитых малюток. И дорога перед ними очистилась на достаточное расстояние в ширину, чтобы не вызывать ненужных ассоциаций с конвоем.
- Бегом!
Почти грубо таща за собой одержимых и подцепивших неведомого паразита людей, отряд будущих Гвардейцев стремительно пробежал через негостеприимную рощу. Поляна, пара ручьев с какой-то неправильной водой – кажется, затейливость ее химического состава могла вызвать довольно любопытный эффект – и роща неожиданно кончилась, резко, будто когда-то в прошлом чье-то разрушительное заклинание проложило свои границы. Перед ними открывалась потрескавшаяся земля, до самого горизонта один и тот же пейзаж.
- Прикрывайте меня! – велел Пэл, и они с Сэилраэнтом погрузились в одновременное плетение заклинания, которое должно было развеять скрывающие чары, убрать мираж и явить их взору настоящий ландшафт. «Половинки» заклинания с ювелирной точностью наложились друг на друга, откат рушащегося миража неприятно окатил их сознание будто ментальный удар, и инстинктивно часто заморгавшие люди уставились на огромную черную скалу. Ее подножие находилось в паре метров от Пэла. Пройдя вперед и коснувшись обсидиана рукой, Пэлломелан на мгновение уловил что-то странно знакомое в структуре камня, какой-то странно близкий отклик, на уровне ауры, что-то знакомое, пропитавшее камень. Но ощущение тут же пропало без следа, будто растаяло подобно туману. Может, он уже тоже слишком устал?
Скала уходила ввысь гигантскими уступами, словно огромная лестница в небо, выстроенная великанами. Там и тут виднелись неаккуратные кучи камней, кое-где даже оплавленные – кажется, тут неоднократно велись жаркие бои. Значит, было с кем, и путь наверх не будет легким?
Пэл оценил расстояние между уступами. Едва-едва, чтобы допрыгнуть. Он вернулся к отряду для совещания.
- Ребята, обстоятельства все же ставят нас перед тяжелым выбором. С нашими заболевшими товарищами мы не перепрыгнем даже первого яруса. А заставить их прыгать… я не думаю, что получится.
- Не в таком состоянии, Пэл, - подтвердил Андор. – Они скорее добровольно напорются на камни. Кстати, эта черная дрянь высасывает из них силы понемногу, так что, вполне вероятно, что даже физически они не смогут преодолеть это расстояние. Ну а наши буйные друзья скорее уж вернутся обратно в рощу.
- В итоге обстоятельства подталкивают нас к решению бросить их тут. Но они могут умереть. Не сами, так мохнатые твари из рощи или иная напасть могут убить их.
- Мы не знаем еще, есть ли там портал, - заговорил Сэил. – Нет нужны всем лезть туда, бросая товарищей. Вот что, мы останемся тут охранять больных и заодно отдохнем, мы же вне границ рощи, а Вы, лорд Аннивэрэлл, полезете ввысь в одиночку. Кстати, я думаю, подъем будет трудным, так как в отсутствие прикрытия Вам придется выдерживать атаку одному. А потом Вы вернетесь и расскажете нам, что там, портал или нет. Возможно, мы за это время придумаем способ транспортировать наших друзей или же необходимость лезть туда вовсе отпадет. Ну а если кто-то думает, что Вы, увидев портал, забудете обо всем на свете, и радостно побежите в него свидетельствовать свое прохождение экзамена, могут пойти с Вами.
- Экзамен групповой, - напомнил Пэл. – Одному мне его просто не засчитают.
Твердо решив по возможности убегать, а не драться, Аннивэрэлл разбежался и птицей взлетел к небесам. Изящные прыжки, напоминающие небольшой полет, являлись коньком боевого искусства его мира, а сила тяжести на этом полигоне, к счастью, не играла против них. Приученное беспрерывно прыгать на долгих тренировках, его тело без участия сознания выбирало наиболее устойчивое и надежное место для приземления, из любого положения, вверх ногами, во время вращения, когда земля и небо постоянно меняются местами. На удержание равновесия тоже отвлекаться не приходилось. Пэл внимательно осматривал местность, стараясь вовремя заметить возможного противника. Один раз камень, которого коснулись его ноги, неожиданно распрямился, сбрасывая с себя андрогина. Но Пэл уже упрыгал выше, не стремясь сражаться с неповоротливым големом. Другой раз ему пришлось мечом рассечь целый клубок змей, связавших его ноги – его кожу они не смогли прокусить из-за вовремя активированного заклинания. По мере продвижения вверх воздух становился все разреженнее – слишком быстро, но что взять с мира-полигона. Пришлось уделить время магии, подкрепляющей силы и физические возможности тела: не хватало еще, чтобы не вовремя закружилась голова. Решив лишний раз не рисковать, Пэл отпил тонизирующего зелья, которое ему дал перед лестницей в небо незаменимый Андор.
Тем не менее, восприятие все равно изменилось. Оно не потеряло своей заостренной ясности и собранности, но добавилась некая едва ощутимая нота, будто он спит и снится ему непонятная, недоступная сказка. Будто едва уловимый аромат в этом холодном сером небе. Один раз камень, которого Пэл коснулся рукой, будто запульсировал, но ощущение тут же пропало, и все последующие заклинания, направленные на то, чтобы обнаружить скрытую живую природу скалы, ничего не принесли. Обсидиан молчал. На всех уровнях ничего. Но после видения у подножия скалы Пэлломелан ощутимо напрягся. Что-то пронизывало скалу снизу доверху, редко, едва заметно и ненавязчиво, но что-то определенно тут имелось. Будто некое растение, на тонком плане пустившее свои корни сквозь материю черного камня, сравнения точнее Пэл подобрать не мог, хотя это уподобление тоже не было точным.
Оставалось всего пара уровней, и Пэл пролетел их стремительным смерчем. Последний уровень представлял собой небольшую пещеру, прикрытую с трех сторон от пронзительного ветра высоты. В паре метров от края мерцал клубок густо сплетенных сияющих светлых нитей. Решительно подойдя к этому полуматериальному покрывалу, Пэл погрузил в него руку. Он не боялся, потому что всем своим существом ощущал родственную субстанцию, след магии его мира. Здесь, за магическим покрывалом, должен располагаться портал. Нити растаяли, точнее, отступили на иной слой пространства, раскрывая ему скрытое… и Пэл от потрясения лишь тихо упал на колени, не понимая, как такое может быть и что за чудовищный, нереальный сон снится ему в этом месте. За магической сияющей пеленой прямо на земле крепко спал соффит Алэилер, в официальном золотом облачении до пят.
Тут и там его ложе окружали тонкие фиолетовые цветы, пристально глядя на них непонимающим взглядом, Пэл вдруг четко осознал, что именно они передавали в камень отголоски ауры спящего соффита. Цветы беззастенчиво «грелись» у ауры спящего бога. Его аура не была скрыта, но ее тихий бриз указывал на очень и очень глубокий сон. Странно. Впрочем, сейчас всё происходящее показалось Пэлу чудовищной фантасмагорией.
Он подождал какое-то время, но ничего не менялось. Аура спящего соффита приятно обволакивала его, успокаивая, врагов тут не наблюдалось, и тут до Пэла дошло, что ведь он все-таки отыскал портал! Осталось лишь разбудить его, и тогда, несомненно, будет все хорошо.
Его взгляд притягивал, словно магнит, невыносимо сверкающий белым светом камень в короне соффита. Стараясь не смотреть туда, ибо Кристалл переворачивал всю его душу, Пэл легко коснулся руки Алэилера. Прохладная, нежная кожа, но соффит даже не шевельнулся. Насколько Пэл помнил, соффиты спали гораздо меньше людей, при этом сон их был на удивление чуток. Почему же тогда он продолжает спать? Пэл вгляделся в красивое лицо, отмечая помимо воли, что заклятие, скрывающее облик, сейчас снято еще на пару слоев, – в таком виде он еще не наблюдал Прекраснейшего. Хотелось просто сидеть рядом и смотреть, смотреть, смотреть на спящее тонкое совершенство, чтобы не разрушить эту нереальную, небесную гармонию ауры, Кристалла, света, высоты, фиолетовых цветов и непередаваемо божественных черт лица. О друзьях, оставшихся внизу, Пэл напрочь забыл, как и об экзамене, и обо всем на свете. Лишь слушать эту неслышную песню бытия, которую он, не слыша, ощущал всем своим существом, погружаясь в нее с головой в этом месте.
Спасло Пэла то, что ему очень захотелось увидеть, как его бог открывает свои глаза. Он помнил их редкий чистый голубой оттенок – ровно тот же, что цвет небосвода его благословенной родины, но Алэилер спал. Пэл коснулся тонкого золотого рукава, а затем положил руку на грудь спящего соффита. Едва заметное редкое дыхание, но Ал не отреагировал. Глаза оставались закрыты. Пэл обеими руками коснулся тонких плеч обманчиво хрупкого божества и слегка встряхнул его. Никакой реакции. Свет короны продолжал все так же ровно освещать своды одинокой пещеры в этой холодной выси.
Почему он не просыпается? Это неправильно! Паника потихоньку оттесняла гипноз, Пэл встряхнул Ала уже ощутимо сильнее, но реакции так же не было.
- Алэилер! – его собственный голос окончательно стряхнул с него сковывающие чары, и тут только Пэл понял, что он рисковал навсегда замерзнуть тут, около спящего непонятным сном его бога. А и правда, как тут холодно… – Проснись! Проснись, пожалуйста!
Но Алэилер не реагировал, даже дыхание не сбилось. Пэл почувствовал себя растерянным. Что делать? Это же настоящая кома, а не сон! Он осмотрел Алэилера, его тело и ауру. Никаких видимых повреждений, лишь температура его тела слегка ниже его, пэловской, но для столь глубокого сна это нормально. Будь это кто другой, Пэл бы от души надавал ему по щекам, но в ярком свете Кристалла соффитской короны он даже подумать не мог о таком богохульстве.
Время словно растворялось в этой затопляющей все бело-золотистой ауре, Пэл не мог вспомнить потом, сколько времени он кричал, тряс неподвижного Ала, возможно, даже плакал. Время, казалось, спит, завороженное красотой самого младшего и самого прекрасного из соффитов. Наконец, уже не соображая, что делает, и не контролируя толком своих движений, Пэл схватился за ярко-белый камень Короны с мысленным отчаянным всхлипом-зовом «Ал…» Ему показалось, его ударило током, хотя никаких агрессивных движений в адрес Кристалла или Его симбионта он не совершал, Пэл не сразу даже сообразил, что это не его ударили, а просто по Кристаллу пробежал энергетический импульс. Инстинктивно отдернув руку, он даже не сразу заметил, что Алэилер открыл глаза. Но в следующую секунду соффит сел, оставив на какой-то миг в воздухе золотистый контур своих движений, и сам уже схватил Пэла за руку.
Аннивэрэлл, ощущая, что вновь подпадает под власть чар, безмолвно уставился на Алэилера, но тот явно его восторга не разделял, и мелькнувшее в голубых глазах недоумение и вопрос тут же сменились вторжением в мозг Пэлломэллана. Последний расслабился и пустил Алэилера узнать и увидеть то, что он так искал: подробности происходящего и ход их экзамена. Разорвав их ментальный контакт, Алэилер изломанно-болезненным движением потер виски. Оборвал несколько фиолетовых цветов, грязно выругался, окончательно разрушив неземное очарование, потом уже мягче посмотрел на Пэла и произнес:
- Арлин сука.
Помолчал, ожидая реакции, а Пэл думал, как положено реагировать, когда один соффит грубо ругает другого. Затем, не дождавшись никакого ответа, Ал пояснил со вздохом:
- Он опоил меня какой-то дрянью, подсыпал что-то, вот я и вырубился. Не знаю уж, насколько он хотел угробить вас, отправляя на свой проклятый полигон, вряд ли он думал об этом, но смерть кого-то из моих будущих гвардейцев его бы точно нисколько не задела. Даже если это был бы ты, Пэл.
Алэилер коснулся рукой щеки Аннивэрэлла, золотая ткань рукава слегка задела его скулу, и Пэл, наслаждаясь этой лаской, машинально отметил, что официальные одежды соффитов, кажется, скрывают в себе не одну сотню накастовок.
- Мне бесконечно жаль, что вас втянули в эти грязные игры и вы могли погибнуть. Даже ты… Прости, Пэл.
Все существо Аннивэрэлла возмутилось этому странному извинению, и он порывисто взял в свои ладони тонкую бледную руку, все еще поглаживающую кожу его щеки.
- Не извиняйся, пожалуйста, - сказал он, хотя ему хотелось сейчас как минимум петь и кричать о своей любви, облекая то, что он чувствовал, в плоть слов баллады. Нужно было действовать, но Пэл ощутил, как в его сознание вновь исподволь проникает сладкое тягучее ощущение, заставляющее его просто сидеть и смотреть на Алэилера, превращая в его послушную игрушку без собственной воли и желаний. Окружающий мир и он сам терял какое-либо значение.
Пристально вглядевшись в Пэла, Ал вздохнул.
- Ах ты пропасть!
Он выдернул свою руку из рук своего фаворита и сложил пальцы в причудливом магическом пассе около своей головы, прикрыв глаза. Пэлу показалось, что незримое сияние, исходящее от Алэилера, становится бледнее, одновременно он встряхнулся и попытался вспомнить, сколько времени прошло. Жив ли еще его отряд?
- У нас там много заболевших. Ты сможешь помочь? – деловито спросил он Ала, несмотря на то, что он еще колдовал.
- Смогу, не волнуйся, Пэл. Было бы здорово, если бы ты научился отслеживать тлетворное влияние моей природной магии и говорить мне об этом, когда у меня, как сейчас, будет отшибать всякое соображение. Даже не знаю, чего мне хочется больше, убить Арлина за его выходку или поблагодарить его за то, что он снял лишь пару лишних слоев, а не все.
Ал встал плавным, но быстрым движением и протянул руку Пэлу. Тот сжал тонкую прохладную ладонь бога, и они вместе отдались ощущению стремительных прыжков вниз. Ал вел, Пэл в одиночку ни за что не решился бы прыгать так быстро, но рядом с тонкой золотой фигурой страх отступил, а ударить в грязь лицом он совсем не хотел, поэтому старался изо всех сил и умудрился ни разу не споткнуться и не сломать диковинной красоты их полетов. Алэилер двигался настолько изящно, что прыжки в его исполнении больше напоминали какой-то танец.
Ну что ж, он нашел портал, теперь они спасены. Изможденная группа людей у подножия обсидиановой скалы встретила их немым удивлением, сменившейся чуть смущенной радостью – общество соффита как-то сдерживало особо яркие проявления чувств. Ал потратил около получаса, долго и тщательно под перекрестным огнем любопытных взглядов занимаясь каждым заболевшим. Духов, захвативших тела двоих андрогинов, но так и не научившихся управляться с антропоморфным мозгом, Алэилер заставил покинуть тела его людей, а потом просто уничтожил в белом пламени, которое он разжег на более тонком слое пространства. Ощущать огонь, но не видеть его в материальном мире, где его просто не было, - довольно странное чувство. С черными нитями соффит повозился гораздо дольше, подозвав Андора и Пэла и показывая им, что и как надо делать для избавления от этой напасти. Каждую ниточку он аккуратно будто вырезал из ауры, отслеживая по этому неприятному черному узору следующую, и так множество раз, одну за другой, как будто расплетая связанное полотно, разглаживая и заживляя болезненные следы. Последних заболевших лечил уже Андор под присмотром Алэилера.
Когда все захворавшие полностью обрели себя, Алэилер сделал быстрый пасс руками, и прямо в воздухе перед ними засияла арка многоцветного портала домой.
По ту сторону портала, к удивлению Пэлломэллана, их встретил, помимо дежурной стражи, самолично Раэлдэм`Нэирт. Его лицо не выражало ничего, волновался он или нет, следил за ходом испытания или оставался в неведении, сказать было нельзя. Впрочем, при виде соффита золотокровый почтительно упал на одно колено.
- Лорд Раэлдэм`Нэирт, эта группа студентов чуть не погибла. Встаньте, - Алэилер поймал взгляд распрямляющегося человека и, пока Пэл мысленно плевался при виде восхищения, которое недвусмысленно читалось во взгляде их преподавателя, продолжил: - Пожалуйста, проследите за тем, чтобы впредь они проходили испытания только на стандартных полигонах.
«Вот сейчас он скажет, что я сам за его спиной договорился с лордом АдиэльТайни об использовании гвардейского полигона», - мрачно подумал Аннивэрэлл. Но Раэлдэм`Нэирт лишь молча поклонился в знак согласия.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Грань Кристалла

главная